Рассел Кроу — это тот редкий случай, когда австралийский акцент и вечно нахмуренный лоб стали пропуском в голливудскую элиту профессиональных страдальцев. После «Гладиатора» он методично доказывал, что может играть не только воина с травмой детства, но и математика с травмой детства в «Играх разума», и боксёра с травмой детства в «Нокдауне». Его фирменный приём — смотреть в камеру так, будто ты только что вспомнил, где спрятал тело, но не уверен, стоит ли об этом рассказывать. При этом Кроу умудряется балансировать между культовым статусом и репутацией актёра, который иногда соглашается на роли, вызывающие немой вопрос «зачем?». Но давайте честно: когда он рычит и морщится, мы всё равно смотрим — потому что это работает, чёрт возьми.